Учебные заметки

более и более не понимают друг друга. По мнению Сноу, это — очень опасная тенденция, которая грозит гибелью всей человечес­кой культуре. Несмотря на излишнюю категоричность и спорность некоторых суждений Сноу, в целом нельзя не согласиться с существованием данной проблемы и оценкой ее важности.

Действительно, существуют немалые различия между естествен­но-научным и гуманитарным познанием. Естествознание ориентировано на повторяющееся, общее и универсальное, абстрактное; гума­нитарное познание — на специальное, конкретное и уникальное, не­повторимое. Цель естествознания — описать и объяснить свой объект, ограничить свою зависимость от общественно-исторических факторов и выразить знание с позиций вневременных принципов бытия, выразить не только качественные, но и количественные характеристики объекта. Цель гуманитарных наук — прежде всего понять свой объект, найти способы конкретно-исторического, личностного переживания, толкования и содержания объекта познания и своего отношения к нему и т.д. В 60—70-е гг. в массовом сознании, в молодежной, студенческой среде эти различия отражались в формах разного рода диспутов между «физиками», ориентированными на строго рационалистические и надличностные каноны естествозна­ния («только физика — соль, остальное все — ноль»), и «лириками», воспитанными на идеалах гуманитарного познания, включающих в себя не только объективное отражение социальных процессов и яв­лений, но и субъективно-личностное их переживание и толкование.

В проблеме, поставленной Ч. Сноу, есть два аспекта. Первый связан с закономерностями взаимодействия науки и искусства, вто­рой — с проблемой единства науки.

Сначала о первом из них. Художественно-образный и научно-ра­циональный способы отражения мира вовсе не исключают абсолют­но друг друга. Ученый должен обладать способностью не только к понятийному, но и к образному творчеству, а значит, обладать тон­ким художественным вкусом *. Так, многие ученые прекрасно разби­раются в искусстве, живописи, литературе. Играют на музыкальных инструментах, стремятся к глубокому переживанию прекрасного. Более того, само научное творчество выступает для них как некий вид искусства. В любых, даже исключительно абстрактных отраслях физико-математического естествознания, познавательная деятель­ность содержит в себе художественно-образные моменты. Поэтому справедливо говорят иногда о «поэзии науки». С другой стороны, художник, деятель искусства творит не произвольные, а типические художественные образы, предполагающие процесс обобщения, по­знания действительности. Таким образом, познавательный момент органично присущ искусству, вплетен в производство способов образного